Заслуженный тренер России Этери Тутберидзе в большом разговоре подвела итоги сезона и ответила почти на все вопросы, которые в последние месяцы бурно обсуждали болельщики: от финала Гран-при и формы ее учениц до перехода Сарновских и отношения к шоу-турниру «Русский вызов». Из ее реплик выстраивается цельная картина того, как она видит современное фигурное катание, оценку сложных элементов и психологию спортсменов.
Финал Гран-при: дуэль пар и роль четверных
Разбирая выступление пар в финале Гран-при, Тутберидзе отдельно остановилась на противостоянии Александры Бойковой / Дмитрия Козловского и Анастасии Мишиной / Александра Галлямова. По ее признанию, победа Бойковой и Козловского далась непросто: после чемпионата России она ожидала, что Мишина и Галлямов соберутся, «подразозлятся» и выдадут два безошибочных проката. В таком случае, подчеркивает тренер, положение для Бойковой/Козловского стало бы гораздо более уязвимым: им пришлось бы не просто кататься чисто, но и исполнять четверной выброс, чтобы иметь весомое преимущество.
Однако Мишина и Галлямов, по ее ощущениям, эмоционально перегорели, перенервничали и сами подарили шанс соперникам. Этим шансом пара из группы Тутберидзе воспользовалась.
Отдельные похвалы заслужил и их работающий с ними тренер — Станислав Морозов. Тутберидзе отметила, что он буквально «дотошен» к деталям, подтянул качество парных элементов, сделал программы более напористыми. Подкруты, выбросы, скорость захода на элементы — все стало заметно агрессивнее и зрелищнее. В итоге, по ее словам, она «очень довольна» тем, как выглядит дуэт сейчас.
Четверной выброс: риск, который почти не оценивают
Когда речь зашла о четверном выбросе, Этери Георгиевна была однозначна: она всегда «за движение вперед». Если пара в состоянии делать четверной выброс, то тренер не видит смысла отказываться от такого оружия. При этом, замечает она, ситуация на крупных международных стартах — отдельная история: если на кону медаль чемпионата мира, то тренерский штаб неизбежно сравнивает два сценария — стабильный чистый прокат без четверного или программа с риском и возможной ошибкой на ультра-элементе.
Тутберидзе открыто говорит, что не понимает логики действующей системы оценок: четверной выброс сальхов оценивается базово в 6,5 балла, тройной лутц — 6, а во второй половине программы и вовсе 6,6. Разрыв минимальный, зато риск — колоссальный. По ее мнению, это выглядит как сознительное сдерживание пар от четверных: будто бы система борется не за усложнение катания, а, наоборот, против него.
Она уверена, что четверной сальхов в выбросе должен стоить около 10 баллов — только тогда он будет оправдан тактически. Сейчас же элемент не дает той надбавки, которую обязан давать по смыслу, а любая минимальная помарка — выезд с подставленной ногой, небольшой степ-аут — фактически обнуляет усилия, не оставляя спортсменам бонуса за сам факт выполнения экстремально сложного прыжка.
И все же, подчеркивает тренер, с эстетической и спортивной точки зрения четверной украшает программу и меняет ее уровень восприятия. Рисковать титулом чемпионов России в споре внутри страны — допустимая цена за продвижение дисциплины вперед.
Дарья Садкова: блестящий четверной и борьба с собой
Говоря о своих одиночницах, Тутберидзе отдельно остановилась на Дарье Садковой. Ее четверной прыжок она назвала «прекрасным» — с качеством на плюс два-плюс три по GOE. Но затем, признает тренер, началась характерная для Даши история: после ультра-элемента программа посыпалась — где-то не хватило удержания концентрации, где-то подействовал сильнейший адреналиновый всплеск, дающий мышечное напряжение и внутреннюю тревогу.
По оценке тренера, корень проблем Садковой не в четверных — убирать их из контента смысла нет. Ошибки рождаются не из избыточной сложности, а из того, что спортсменка пока не умеет доводить прокат «головой» до конца: контролировать эмоции, не отпускать программу и держать рисунок катания до последней секунды. При этом даже с текущими сложностями ее набор элементов оказался достаточен, чтобы подняться на пьедестал, — и это важный сигнал: база у Даши сильная, и когда она справится с психологией, результаты могут резко вырасти.
Алиса Двоеглазова: сила контента и цена падения
В той же логике тренер оценивает и выступление Алисы Двоеглазовой. Ее соревновательный набор Тутберидзе называет «довольно сложным»: то, что многие фигуристки без ультра-си набирают за счет семи прыжков, Алиса берет за пять — именно за счет высоких базовых сложных элементов.
Да, на старте она упала, но до этого чисто выехала четверной тулуп. С точки зрения тренера, контент Двоеглазовой все равно остается очень мощным: когда ты прыгаешь ультра-си и соперничаешь с теми, кто ограничивается тройными, ты объективно можешь позволить себе одну-две ошибки и все равно сохранять преимущества.
Отсюда рождается и ее позиция по поводу того, «нужны ли ультра-си»: если задача — бороться за подиум и реальные медали, без сверхсложных элементов уже не обойтись. Если цель — просто достойно кататься, радовать зрителя, но не ввязываться в сверхжесткую конкуренцию, тогда ультра-си можно и не осваивать. Каждый спортсмен и тренерский штаб выбирают свою стратегию.
Дина Хуснутдинова: переход, скорость и ответственность
Переход в группу Тутберидзе Дины Хуснутдиновой автоматически вызвал ожидания резкого прогресса. По словам Этери Георгиевны, Дина действительно сильно прибавила в скорости: за время работы удалось «разогнать» ее, научить прыгать с более высокого хода, что существенно усложняет технику, но делает ее катание конкурентоспособнее на высшем уровне.
На старте, который вызвал вопросы у болельщиков, тренер увидела прежде всего нервозность. Ей кажется, что Дина очень переживает за результат, хочет продемонстрировать, что переход был не напрасным, из-за чего сама на себя давит. В результате вместо раскрепощенного катания получаются зажатые, слишком контролируемые прокаты.
Тутберидзе отмечает, что у Хуснутдиновой хороший «шаг» — то самое скольжение, владение коньком, которое ценится судьями и зрителями. В ближайшее время команда будет стараться развивать именно это качество. Плюс важно учитывать, что Дина еще продолжает формироваться как спортсменка: изменения в теле, рост, силовые показатели — все это влияет на технику прыжков. Поэтому в штабе настроены наблюдать за процессом и гибко подстраивать тренировки под ее физиологию.
Аделия Петросян: пропуск финала Гран-при и приоритет Олимпиады
Отдельная линия в разговоре — ситуация с Аделией Петросян, которая не участвовала в финале Гран-при. Тутберидзе сразу обозначила: ни о каком «провале» речи нет. Этот турнир вообще не стоял в их календарном плане после того, как стало известно об участии в Олимпиаде. По ее словам, в мире элитного спорта так обычно и поступают: после крупного старта уровня Игр или чемпионата, требующего максимальной концентрации, в графике закладывается период, когда спортсмену нужно выдохнуть, снять накопившийся стресс.
Сейчас, уверяет тренер, в тренировочном процессе у Аделии «ничего не болит», ее ничто не беспокоит физически. Она предполагает, что череда прошлых недомоганий была во многом «от головы» — от постоянного внутреннего напряжения, ожиданий, тревог. На данный момент Петросян спокойно готовится к Кубку Первого канала, который в штабе воспринимают скорее как полуигровой турнир: площадка, где можно эмоционально разгрузиться, получить удовольствие от выступления, а не думать о рейтингах и очках.
При этом Тутберидзе честно говорит, что фигуристки, которые катались в финале Гран-при, вряд ли вообще думали о том, что кого-то там не хватает: каждый просто выходил и показывал то, что наработал. Не было борьбы «против» какой-то соперницы, а была борьба в первую очередь с собой и за чистый прокат.
«Русский вызов»: где шоу, а где спорт
Большой резонанс вызвали ее слова о турнире шоу-программ «Русский вызов». По признанию Тутберидзе, формат, в котором фигуристов оценивают за постановки в полуразвлекательном ключе, а также подход к судейству и подаче, местами воспринимается ею как унизительный — прежде всего по отношению к труду спортсменов.
Она подчеркивает: годами люди вкладывают силы в отработку сложнейших элементов, строят спортивные карьеры, а в подобных проектах часть их усилий сводится к оценке внешнего эффекта, костюма, «истории», иногда в ущерб реальной технической насыщенности. Отсюда ощущение, что профессиональный спорт подменяется шоу, где побеждает не тот, кто сложнее и чище, а тот, кто лучше вписывается в сценарий мероприятия.
При этом она не отрицает, что шоу-программы важны для популяризации фигурного катания, привлечения зрителя, расширения аудитории. Но считает принципиальным не размывать границы: есть соревновательный спорт с четкими правилами и борьбой за элементы, и есть развлекательные форматы, где главный акцент — на эмоции, образ и контакт с публикой. Когда одно выдается за другое, у тренера возникает внутренний протест.
Переход Никиты и Софии Сарновских: новые вызовы для пары
Немало внимания уделили и переходу в ее группу спортивной пары Никиты и Софии Сарновских. Тутберидзе видит в этом шаге прежде всего расширение конкуренции и полезный вызов как для пары, так и для тренерского штаба. Новички попали в среду, где планка требований к элементам, скорости, общей «фактуре» катания очень высока.
По ее оценке, Сарновские обладают хорошим потенциалом: сильные базовые парные элементы, подходящие данные, возможность развивать и техническую, и артистическую сторону. Ключевой задачей на ближайшее время она видит выстраивание общих технических принципов — единых подходов к заходам на прыжки и выбросы, к поддержкам, к общему ритму программы.
Тутберидзе известна своим жестким подходом к дисциплине и деталям, поэтому переход пары автоматически означает и изменение тренировочной философии. Им предстоит адаптироваться к большим объемам работы, другим критериям качества, иной системе контроля. В то же время тренер подчеркивает, что решение о переходе всегда принимают сами спортсмены: значит, они понимают, на что идут, и готовы к такому уровню требований.
Подход к спорту Алисы Лю: другая система ценностей
Говоря о зарубежных фигуристках, Этери Георгиевна коснулась и Алисы Лю. Она отмечает принципиально иной подход к спорту у американской спортсменки: меньше драматизации, больше прагматизма. Для Лю фигурное катание — важная, но все же часть жизни, а не единственная ось, вокруг которой все вращается.
Такой взгляд, по оценке Тутберидзе, имеет свои плюсы и минусы. С одной стороны, спортсмен с более «здоровым» отношением легче переживает неудачи, может дистанцироваться от провалов и видеть перспективу вне льда. С другой — в системе, где конкуренция запредельная, иногда именно фанатичная самоотдача, готовность подчинить все одной цели дает те самые проценты, которые решают исход борьбы за высшие места.
Тем не менее тренер подчеркивает, что не существует единственно верной модели: кто-то достигает успеха, сохраняя баланс спорта и обычной жизни, кто-то — полностью отдавая себя льду. Главное — чтобы выбранная стратегия была осознанной и соответствовала характеру самого спортсмена.
Медведева и философия соревнований
Расширяя разговор о психологии, Тутберидзе вспоминает Евгению Медведеву. По ее словам, именно у Жени была, пожалуй, уникальная для ее практики философия: она выходила на лед как будто наслаждаться самим временем, проведенным на соревнованиях. Не фиксироваться слепо на месте или сумме баллов, а проживать каждое выступление как важное событие, где есть и борьба, и искусство, и личная история.
Такой подход, отмечает тренер, помогает переносить колоссальное давление: когда старт — не казнь, а шанс показать себя, энергия направляется в катание, а не уходит на борьбу со страхом. Но прийти к этому состоянию крайне сложно: для большинства юных фигуристов соревнования — в первую очередь экзамен, и только со временем, с опытом, приходит понимание, что это еще и возможность получить удовольствие от того, ради чего ты тренируешься каждый день.
Системные вопросы фигурного катания
Во многих ремарках Тутберидзе чувствуется ее недовольство некоторыми системными моментами в фигурном катании. Это и странная, по ее мнению, шкала ценности элементов, тормозящая развитие четверных у пар, и практики судейства, и смешение спорта с шоу.
Она последовательно выступает за то, чтобы система оценок стимулировала усложнение, а не поощряла осторожную, «безопасную» тактику. Если четверные и сложнейшие связки не будут приносить ощутимого преимущества, тренеры и спортсмены постепенно перестанут в них вкладываться — и уровень дисциплины в целом начнет падать.
Одновременно она не снимает ответственности и с тренерских штабов: готовить фигуристов с ультра-элементами — значит серьезнее относиться к безопасности, грамотному планированию нагрузки, профилактике травм. Сложность должна быть не самоцелью, а закономерным этапом развития уже отточенной базы.
Между результатом и человеком
В итоге через все высказывания Тутберидзе проходит одна линия: поиск баланса между погоней за максимальным результатом и сохранением спортсмена как личности — физически и психологически. Она не скрывает: работа на вершине спорта жесткая, требует дисциплины и полной отдачи. Но одновременно подчеркивает важность периодов разгрузки, турниров «для удовольствия», умения переключаться.
Истории Садковой, Двоеглазовой, Хуснутдиновой, Петросян, Сарновских показывают: для каждого спортсмена ищется свой маршрут — кому нужен риск во имя рывка, кому — время, чтобы «раскатиться» в новой группе, кому — турнир, где можно просто вспомнить, за что он любил фигурное катание в детстве.
И именно в этой многослойности — от обсуждения стоимости четверного выброса до размышлений о философии старта — сегодня проявляется Этери Тутберидзе: тренер, который ждет от своих спортсменов максимума, но одновременно не перестает спорить с системой и искать для них наиболее правильный путь внутри жестких рамок большого спорта.