Петиция против допуска российских волейболистов к международным турнирам не получила поддержки большинства в чате игроков Международной федерации волейбола. Как рассказала латвийская звезда пляжного волейбола, чемпионка мира и Европы Тина Граудиня, документ подписали менее половины участников специального чата FIVB для спортсменов.
Речь идет о петиции, появившейся 9 июля — уже после того, как Международная федерация волейбола объявила о возвращении России на международную арену. По словам Граудини, из примерно 180 спортсменов, состоящих в чате, свои подписи под обращением оставили 81 человек, то есть около 45%. Позже еще две волейболистки выразили желание присоединиться к инициативе, но формально их уже не успели включить в окончательный список.
Ранее, 8 июля, было объявлено, что российский волейбол — первый из командных видов спорта — получил допуск к международным соревнованиям. Решение касалось всех дисциплин под эгидой FIVB, а также участия в мировых и официальных турнирах. Отдельно подчеркивалось, что к стартам допускаются не только спортсмены, но и технические официальные лица из России.
Важной частью решения стало восстановление позиций российских национальных сборных в мировом рейтинге. Российским командам возвращаются те очки, которые они имели на момент «заморозки», произведенной по решению административного совета FIVB. Фактически это означает, что Россия возвращается не с нулевого уровня, а сразу в те позиции, где находилась до отстранения.
При этом вопрос использования флага, гимна, национальных цветов и других российских символов оставлен на усмотрение FIVB и Европейской конфедерации волейбола. Эти структуры должны согласовать формат допуска с международными спортивными организациями, чтобы, с одной стороны, обеспечить полноценное участие атлетов, а с другой — формально учитывать действующие ограничения и политическую чувствительность темы.
Именно с этим решением не согласились авторы письма-протеста. В своей петиции они выступили против участия российских спортсменов в турнирах Beach Pro Tour, потребовали запретить использование любых государственных символов России, включая флаг и национальные цвета, а также высказались против восстановления прежних рейтинговых очков или возвращения к соревнованиям с тем же рейтингом, который российские игроки имели четыре года назад. С точки зрения подписантов, такой сценарий создает для россиян неоправданно привилегированное положение по сравнению с теми, кто все это время выступал и набирал очки.
Граудиня подчеркнула, что итоговая цифра — 81 подписант из 180 — воспринимается ею двояко. С одной стороны, это ощутимое количество: спортсмены, по ее словам, крайне неохотно связывают свои имена с заявлениями на тему международной политики, особенно когда многие из них так или иначе зависят от национальных федераций, министерств спорта и других государственных структур. С другой — это все-таки меньше половины, а значит, большинство участников чата не готово открыто поддержать столь жесткую позицию. Для самой латвийской спортсменки, как она отметила, такой баланс кажется разочаровывающим, поскольку в Латвии рассматриваемый вопрос, по ее словам, «кажется очевидным».
После публикации письма в чате игроков FIVB разгорелась дискуссия, в которой неожиданно всплыл еще один чувствительный политический сюжет. Как рассказала Граудиня, участники обсуждения подняли вопрос: будет ли подготовлено аналогичное письмо с требованием отстранить от соревнований израильских спортсменов, учитывая, по мнению части игроков, схожесть ситуаций. Многие волейболисты, по ее словам, соглашались с формулировкой, что несправедливо запрещать россиянам выходить на международную арену, в то время как Израиль «не несет никакого наказания за совершение геноцида».
Именно это сравнение сделало обсуждение еще более противоречивым. Спортсмены, выступающие за равный подход, настаивают: если к одной стране применяются санкции и ограничения, то к другой — при обвинениях не менее тяжелого характера — должны быть применены хотя бы соизмеримые меры. Противники такой логики считают, что смешивать эти кейсы некорректно, а спорт не должен окончательно превратиться в продолжение политических баталий другими средствами.
Сама Граудиня в своих оценках подчеркивает, что волейболистам, которые решаются на подобные шаги, зачастую приходится балансировать между личной позицией и карьерными рисками. Многие зависят от финансирования, дотаций, поддержки федераций, участия в программах подготовки к крупным турнирам. Любое публичное политическое заявление может вызвать реакцию не только болельщиков, но и чиновников, из-за чего немало игроков предпочитают сохранять нейтралитет или выжидательную позицию, даже если внутренне они с чем-то не согласны.
При этом история с петицией наглядно показывает, насколько неоднородным остается международное волейбольное сообщество в оценке решений FIVB. Для части стран (например, из Восточной Европы или государств, чья внешняя политика жестко критикует Россию) вопрос участия российских команд в международных турнирах — прежде всего моральный и политический. Для других государств, отдаленных от европейской повестки, он во многом выглядит второстепенным: там больше думают о спортивном уровне соревнований, зрелищности и финансовой стороне турниров.
Отдельный пласт дискуссии связан с восстановлением рейтинга российских сборных. Для соперников это означает не только усиление конкуренции, но и изменение расстановки сил в сетке турниров, посеве команд и распределении квот. Те, кто последние годы планомерно выступал на этапах Beach Pro Tour и других турнирах, теперь фактически получают «нового старого» сильного соперника, уже наделенного высоким рейтингом, хотя он был временно выведен из игры.
В то же время часть экспертов указывает, что возвращение российских команд способно усилить зрительский интерес и повысить коммерческую привлекательность турниров. В пляжном и классическом волейболе российские спортсмены традиционно входили в число претендентов на медали, а топовые матчи с их участием привлекали дополнительное внимание. Для федераций и организаторов этот фактор сложно игнорировать, особенно в условиях, когда спорт остро нуждается в спонсорах и стабильном финансировании.
Вопрос о возможных санкциях в отношении Израиля, который всплыл в чате игроков, может стать новым болезненным испытанием для международных федераций. Если одна группа спортсменов добивается симметричного подхода и требует единых правил для всех стран, вне зависимости от геополитических симпатий, то другая опасается, что подобная логика полностью разрушит принцип «спорт вне политики» и превратит каждый крупный турнир в арену для выяснения международных отношений. Уже сейчас ясно, что любые решения FIVB по этому направлению будут под пристальным вниманием и неизбежно вызовут критику одной из сторон.
Для российских спортсменов нынешнее решение FIVB открывает окно возможностей, но не гарантирует спокойного возвращения. Вопрос с флагом, гимном и формой по-прежнему остается подвешенным, а отношение части соперников — откровенно настороженным или враждебным. Не исключено, что в ближайшие годы российским волейболистам придется выступать в условиях постоянного давления, как со стороны международной прессы, так и со стороны отдельных соперников, которые будут поднимать политические темы при каждом удобном случае.
С другой стороны, ситуация, в которой петиция против России не получила большинства голосов даже в относительно ограниченном сообществе игроков, показывает, что едина позиция волейбольного мира далеко не во всем. Значительная часть спортсменов выбрала либо нейтралитет, либо несогласие с идеей тотального запрета выступлений российских команд. Это может стать важным аргументом для тех, кто выступает за сохранение спортивного принципа и допускает участие любых стран при соблюдении основных правил и мер безопасности.
Очевидно и то, что подобные истории будут повторяться. Чем теснее переплетаются спорт и геополитика, тем чаще игрокам, тренерам и федерациям придется высказываться по темам, которые еще недавно считались «запретными» в спортивной среде. Петиция, инициированная группой волейболистов, — лишь один из симптомов этого процесса. Сегодня она касается России и возможного сравнения с Израилем, завтра объектом внимания могут стать другие страны и конфликты.
В таком контексте FIVB и другим международным федерациям нужно не только принимать решения по допуску или недопуску национальных команд, но и формировать понятные, прозрачные критерии этих решений. Пока же спортсмены оказываются в ситуации, когда им приходится самостоятельно определять, где проходит граница между личной гражданской позицией и спортивной солидарностью. История с письмом, собравшим 81 подпись из 180 возможных, наглядно демонстрирует: даже в профессиональном сообществе, объединенном одной дисциплиной, консенсус по таким вопросам — скорее исключение, чем правило.