Фигурист Петр Гуменник за две недели до старта Олимпиады установил новый рекорд России в короткой программе на турнире в Санкт‑Петербурге. Формально это были рядовые всероссийские соревнования памяти Петра Грушмана, но по факту именно здесь он показал лучший прокат в карьере и получил фантастические для внутреннего старта баллы. Разберем, что именно помогло ему добиться такого результата и насколько он соотносится с международным уровнем.
Турнир без конкуренции, но с высокой ставкой
Сейчас весь мир фигурного катания живет в режиме подготовки к Олимпийским играм. Ведущие сборные уже определили составы через национальные чемпионаты и континентальные первенства. Российские одиночники оказались в особом положении: без привычного международного календаря, без рейтинговых очков и с минимальным опытом выступлений против сильнейших фигуристов мира за последние годы.
В такой ситуации каждые соревнования, даже внутренние, приобретают особую ценность. Для Гуменника старт в Петербурге стал не попыткой что‑то кому‑то доказать, а возможностью обкатать программу в условиях, максимально приближенных к боевым, — с судьями, зрителями, ответственностью и нервами за две недели до главного старта четырехлетия.
Состав участников у мужчин был весьма скромный — всего восемь одиночников, причем Петр единственный представлял основной состав сборной России. Ясно, что о серьезной спортивной конкуренции речи не шло: соперники были не того уровня, чтобы заставить лидера рисковать ради победы. Но именно это и делало старт идеальным полигоном для проверки контента.
Как выступили соперники
Несмотря на статус «внутреннего» турнира, многие фигуристы решили не экономить и усложнили свои короткие программы.
Игорь Ефимчук, вернувшийся после длительного перерыва, включил в контент четверной тулуп. Прыжок он не удержал — ошибка на выезде привела к падению, и в сумме с другими недочетами это отбросило его на пятое место по итогам короткой.
Илья Строганов сделал ставку на два сложных четверных — лутц и риттбергер. На четверном лутце он коснулся льда рукой и потерял возможность сразу оформить каскад. Восполнить недостачу Илья попытался за счет комбинации: прикрепил тройной тулуп к риттбергеру, заходя через тройку. Но удержать высокий уровень не удалось — на тройном акселе последовало падение. В результате — 74,22 балла и промежуточное третье место.
Чуть успешнее оказался Семен Соловьев. В отличие от коллег, он не стал изобретать сверхсложный контент, а прокатал стандартный для себя набор: тройной аксель, четверной тулуп и каскад тройной лутц — тройной тулуп. За счет аккуратного исполнения и качественных непрыжковых элементов Соловьев получил 88,53 балла и расположился на второй строчке.
Именно на этом фоне выступление Гуменника выглядело не просто выигрышным, а принципиально иного уровня — по сложности, по постановке, по впечатлению.
Атмосфера и поведение Гуменника на льду
Короткая программа с участием Петра проходила в обеденное время буднего дня, однако трибуны были заметно заполнены. Зрители явно пришли именно на него: громкая поддержка началась еще во время разминки. Такие детали важны — для спортсмена в предолимпийский период это возможность ощутить себя в статусе лидера и «номера один», к чему тоже нужно привыкнуть.
Внешне Гуменник выглядел максимально спокойным. Не было суеты в раскатке, не заметно было и привычной для предолимпийских стартов дерганости. Это сразу отразилось на прокате: он вышел не за идеальным рекордом, а за «рабочей» программой — уверенной, собранной, без лишних рисков и эмоциональных срывов.
Технический контент: риск на максимум
Короткая программа Петра была построена вокруг очень сложного техминимума для современного одинарного катания. В ней оказались:
— каскад четверной флип — тройной тулуп;
— четверной лутц;
— тройной аксель.
К стартовому каскаду претензий практически не было: флип получился с хорошей высотой и выездом, тулуп в каскаде — уверенный, без борьбы за приземление. Это сразу задало высокий уровень оценки за техническую составляющую.
С четверным лутцем ситуация была сложнее. Прыжок Петр приземлил, но не идеально чисто: выезд получился чуть смазанным, без того ощущения легкости, которое любят судьи. Похожая история была и с тройным акселем — прыжок устоял, но с небольшой погрешностью при приземлении. При более жестком международном судействе такие нюансы могут привести к снижению надбавок (GOE) или к фиксации недокрута менее четверти оборота.
Тем не менее, главное — все ключевые прыжки были выкатаны, без падений и с сохранением ритма программы. Для старта за две недели до Олимпиады это важнее, чем хрустальная чистота отдельных элементов: задача — почувствовать уверенность, а не выжать максимум из каждого поворота лезвия.
Непрыжковые элементы и катание
Петр уже «накатал» эту короткую программу: в ней нет ощущения сырости, хаотичных движений или нервного темпа. Связки между элементами выполнены органично, хореография читается, а не выглядит набором поз ради протокола.
По непрыжковым элементам почти весь набор был выполнен на высоком уровне. Вращения — с хорошей скоростью, сменами позиций и центром, шаговая дорожка — выразительная и достаточно насыщенная по сложности. Единственный заметный изъян — последнее вращение: к концу Петр слегка потерял скорость и из‑за этого едва-едва не уложился в музыкальную фразу. Для внутренних стартов это скорее рабочая мелочь, чем критическая ошибка.
Такие «шероховатости» как раз и требуются на предолимпийских стартах: они позволяют тренерскому штабу точно понять, над чем дорабатывать в последние дни перед Играм, не ломая всю структуру программы.
Судейство и рекордные баллы
Российская судейская панель, особенно на соревнованиях не самого высокого статуса, традиционно отличается лояльностью к ведущим фигуристам. В случае с Гуменником это проявилось максимально ярко.
За этот прокат он получил:
— 109,05 балла в короткой программе — рекордный результат для российского мужского одиночного катания;
— максимальные уровни за большинство элементов;
— очень высокие надбавки за выполненные прыжки и вращения;
— компоненты (оценки за катание, композицию, владение музыкой) не ниже 9,25.
Такая щедрость говорит о многом. Во‑первых, о том, что его явно поддерживают не только болельщики на трибунах, но и судьи. Во‑вторых, о желании создать Петру психологический задел: войти в Олимпиаду с ощущением, что он объективно способен на очень высокие баллы.
Однако опираться на эти цифры как на реальный ориентир уровня «мирового топа» нельзя. В международной системе судейства с иной строгостью к недокрутам, качеству приземлений и компонентам итоговый счет почти наверняка будет ниже. Чтобы хотя бы приблизиться к внутреннему рекорду на международной арене, Гуменнику необходимо еще более вычищать технику и стабильность.
Как ему удалось побить рекорд именно сейчас
Если говорить о том, «как ему это удалось», факторов несколько.
1. Грамотный выбор момента.
Записаться на всероссийские соревнования за две недели до Олимпиады — это осознанный шаг. Не слишком рано, чтобы форма не ушла, и не слишком поздно, чтобы еще был запас на коррекцию. В отличие от показательных прокатов, здесь были и оценки, и прокат «на результат», и соревновательный стресс — все, что нужно для финишной подготовки.
2. Уже отработанная программа.
К этому турниру короткая программа не была новой. Петр не тестировал свежую постановку, а доводил до максимума уже хорошо освоенный материал. Это позволило сконцентрироваться на качестве прыжков и общей собранности, а не на запоминании хореографии.
3. Максимальный технический контент.
В короткой программе три сверхсложных прыжка — четверной флип в каскаде, четверной лутц и тройной аксель. Сам факт их заявок уже резко поднимает потолок возможных баллов. Когда спортсмен выходит не с облегченной, а с предельно сложной программой и хотя бы условно справляется, итоговый счет естественным образом растет до рекордных значений.
4. Психологическая устойчивость.
Отсутствие заметной нервозности, уверенность на разминке и во время старта, умение не «залипать» на мелких ошибках — сильная сторона Гуменника на этом турнире. Он не пытался сделать «супершедевр», а катался как в хорошей тренировке, что и дало тот самый «рабочий» прокат высокого уровня.
5. Лояльное судейство.
Нельзя игнорировать и этот момент. Баллы за компоненты выше 9 при наличии технических погрешностей — явный признак поддержки. На внутрироссийских стартах это норма для лидера, которого готовят к главному турниру сезона. С точки зрения протокола и рекордов это важный фактор, даже если он не всегда отражает потенциальный международный результат.
Насколько этот рекорд реален в масштабах мира
Важно понимать: внутрироссийский рекорд — это в первую очередь психологический инструмент. Он:
— помогает спортсмену ощутить, что его программы конкурентоспособны по сложности;
— дает уверенность в том, что он способен катать на уровне лучших своих выступлений;
— создает для него статус лидера, который должен соответствовать высоким ожиданиям.
Однако международное судейство строже к:
— точности приземлений;
— недокрутам четверных и тройных акселей;
— чистоте линий, владению корпусом и концами;
— музыкальности и цельности программы.
Чтобы выйти хотя бы на приближающийся к этим 109 баллам уровень на Олимпиаде, Гуменнику нужно:
— стабилизировать четверной лутц и аксель без пограничных приземлений;
— убрать риск возможных недокрутов даже «на грани»;
— доработать последние секунды программы, чтобы не было потери темпа и опозданий в музыку;
— сохранить психологическую расслабленность при гораздо более высоком давлении.
Что означают эти баллы для его олимпийских перспектив
Для Петра этот рекорд — не столько самоцель, сколько знак того, что он вошел в пик формы вовремя. Видно, что:
— программа собрана, катание «дышит» и не разваливается под нагрузкой;
— сложнейший контент уже «живёт» в теле, а не делается через внутреннее преодоление;
— организм адаптировался к стрессу, и даже в ситуации стартового напряжения он способен выполнять максимум своего набора.
С другой стороны, такой результат повышает к нему требования. Теперь от него будут ждать не просто приличного выступления, а выхода на уровень, который хотя бы приблизительно соответствовал бы этим внутренним 109 баллам. Любое ощутимое снижение на Олимпиаде будет восприниматься как недобор.
Чего ждать дальше
Времени до старта Олимпийских игр у Петра Гуменника почти не остается, и каждое катание сейчас — это уже не тренировка, а финальная шлифовка. Скорее всего, тренерский штаб сделает акцент не на дальнейшее усложнение контента, а на:
— отработку стабильных заходов на четверные;
— ровный раскат по музыке без «просадок» к концу;
— доведение непрыжковых элементов до максимально возможных уровней без риска.
Ему важно выйти на олимпийский лед не в состоянии «охоты за рекордом», а в режиме выполнения того самого «рабочего идеала», который он показал в Петербурге, но с меньшими техническими неточностями и с пониманием, что международные судьи не будут столь щедры.
***
Рекорд России, установленный Гуменником за две недели до Олимпиады, — результат сочетания смелого контента, уверенной психологической готовности и, безусловно, мягкого судейства. Но главное — он показал, что Петр подошел к Играм в состоянии, когда его программы уже не нужно строить, а нужно только шлифовать. Если ему удастся перенести спокойствие и собранность этого «домашнего» проката на международный лед, внутренние 109 баллов могут стать не просто цифрой в протоколе, а отправной точкой для действительно сильного выступления на Олимпиаде.